Issei Suda

ВАЛЕРИЙ АКИМОВ
ОЧЕРК ФОТОГРАФИИ
Глава 6. Доказательство света
Фотография есть доказательство света, правда, это мёртвое доказательство. Но какая иная сущность, кроме света, имеет в себе достаточно хитрости и сноровки, чтобы водить нас за нос, инсценируя собственное отсутствие?

Фотография спорит со светом, она самодовольна и властна, однако, ей невдомёк, что на самом деле спор происходит среди пустоты и с пустотой. Снимок, статичный, схваченный в матрице сквозь несколько рядов линз, - всё равно что эхо. Свет бесконечно эманирует в фотографии, но имманетный самому себе свет бесконечно излучаем. В фотографии космический вакуум сжимается до невероятно малых размеров; камера – инструмент предельного сжатия, по ту сторону которого отсутствуют любые ответные реакции.


Ихиро Кодзима
Искусство фотографии заключено в том единственном шаге, отделяющем нас от ничто. Подобное ничто имеет мало общего с концепцией Ничто Хайдеггера. В то время как у последнего Ничто – это вид пор, которые пронизывают Бытие и дают ему возможность не быть собой до конца, открывающие ему его собственную смерть, неотмеряемый отрезок скачка и переворота, ничто фотографии – это та абстрактная область Вселенной, где температура падает до нуля градусов по Кельвину. Если у Хайдеггера Ничто – это проект воображаемого у Бытия, когда оно может себе позволить поставить помыслить иное и тем самым открыть линии несовпадения с собой, оставаясь в единой интенции плана и усилия, ничто фотографии, в свою очередь, является тотальной отменой как реального, так и воображаемого. Потустороннее фотографии – не вымысел, не факт, а чёрная дыра. Отсутствие смерти.

Как только я делаю снимок, я повторяю процесс гибели и возрождения звезды – дрожание сингулярности на пороге собственного исчезновения. Пространство проваливается в собственную изнанку, когда принимает свою пограничную суть – за ним есть ничто.

Фотография рябит и колеблется. Её единственное место – у истоков рождения и гибели смерти.



Made on
Tilda